Северные колонии Эрефии терпят бедствие - их землю и реки заливает нефтью компаний друзей Путина

"Мимо вас не прошло нефтяное пятно? Еще ждете?" Коми переживает экологическую катастрофу после прорыва нефтепровода на реке Колве.


«Полубочки» на берегу Колвы, в которые собирают нефтепродукты

На севере РФ — очередная экологическая катастрофа. 11 мая нефть из трубопровода компании «Лукойл» попала в реку Колву в Ненецком автономном округе. Через шесть дней по рекам Уса и Печора она дошла до села Усть-Цильма в Республике Коми. Преодолев еще 400 километров, в ближайшее время нефтяное пятно доберется до Баренцева моря. Разливы нефти из-за изношенности трубопроводов происходят в Коми регулярно, но сделать с этим почему-то ничего не получается — хотя многие чиновники и экологические активисты не раз предлагали понятный план действий, пишет Meduza.

«Вчера коровы вернулись после нефтеразлива. Они немного попили воды из реки, им стало плохо, — рассказывает фермер Велиев. — Это потому что мы выпустили их в поле, а они по привычке пошли к реке. Мы пытались их не пустить, но несколько коров прорвались. Поэтому сегодня мы решили не выпускать их».

Нефть мимо нас плывет

О нефтеразливе на месторождении «Лукойл-Коми» в Ненецком автономном округе стало известно 11 мая 2021 года. Через два дня десятки жителей Колвы вышли на берег реки, чтобы сфотографировать маслянистые пятна тяжелых фракций нефти, которые принесло вместе со льдом и корягами, вымытыми половодьем с берегов.

 

В тот же день успокаивать людей приехали глава Коми Уйба, мэр Усинска и министр природных ресурсов и окружающей среды (причем он надел фирменную куртку «Лукойл-Коми», что особенно удивило местных жителей).

Однако про разлив нефтепродуктов на встрече с главой региона сельчане говорили мало, буквально несколько минут. Вскоре жители переключились на другие проблемы: отсутствие газа и качественной воды, приличных дорог и детских путевок в оздоровительные лагеря.

— Вы только обещаете! — сказала жительница села.

— Я у вас первый раз, я не обещал, — жестко ответил Уйба, который до этого старался держать примирительный тон.

— Каждый год нам обещают золотые горы! — женщины говорили наперебой.

— Каждый год Колва страдает. Еще и ветер. Я даже не могу открыть форточки, возле берега живу!

— Нефть мимо нас плывет, а для села ничего не делается! — реплики стали растворяться в воздухе; на этом встреча завершилась.

Через день после Колвы нефть уже была в реке Печоре, а через два дня добралась до села Мутный Материк. Там на стихийное собрание вышли 20 рыбаков. О ситуации и о жизни они высказывались в основном матом.

«Больше половины Усинска — приезжие. Им по фигу, что у нас тут творится. Деньги заработали и уехали. Усинск бабки гребет, а вкладывать — *** [не хочет]. Потом приезжаешь в деревню жить из города, думаешь, что в деревне лучше. Ни *** [черта] нет хорошего».

Спустя несколько часов запись этой беседы появилась в социальных сетях и собрала несколько десятков одобрительных комментариев и лайков.

«Полубочки»

Возле синих емкостей, которые все называют «полубочками» и куда собирают нефть из реки, гуляет девушка с ребенком на руках.

«Мне сегодня друг из Кирова отправил сообщение: „Лена, а это что, у вас?“ — рассказывает она. — И мне стало так стыдно, что это у нас и мы тут живем. Они на нас смотрят и думают: „Бедные-бедные люди“. Но мы не хотим жить как бедные. Мы хотим как нормальные».

Елена Данцевич родилась в соседнем селе, а в Колву переехала после свадьбы. Муж «тоже в нефтянке» — но она, в отличие от многих сельчан, свою фамилию не скрывает и не боится критиковать нефтедобытчиков.

«На моей памяти это второй такой большой разлив. Первый был в 2013 году, и с тех пор ничего не изменилось. По мелочи нефть каждый год плывет. Никто не хочет на это смотреть, никто не хочет нюхать это. Но все хотят, чтобы кто-то что-то с этим сделал», — говорит Елена Данцевич.  

Жители Колвы то и дело выходят на берег реки. Отсюда отлично видна небольшая красно-белая палатка с логотипом «Лукойла», возле которой стоят белые канистры. Вокруг суетятся люди.

В километре от села ниже по течению расположился полевой штаб по ликвидации ЧС. К высокому седому мужчине в сером комбинезоне иногда подходят рабочие. Водители самосвалов бойко отчитываются, что привезли оборудование, и спрашивают, куда его выгружать. Лодочники сообщают о количестве «полубочек» с собранной нефтью.

После обеда на берегу возникают люди с видеокамерами: журналисты, прилетевшие одним рейсом из Москвы, сразу поехали к реке. К руководителю полевого штаба Евгению Волкову подбегает его заместитель: «Шеф, тут Пятый канал приехал и кто-то еще. Сейчас покажут это на всю страну, и потом нас…» — мужчина сжал пальцы левой руки в кулак и несколько раз постучал по нему ладонью правой.

Волков отходит минуты на три в сторону, говорит с кем-то по телефону, возвращается к палатке и заявляет журналистам: «Вся работа ведется ниже по течению. Прямо сейчас у нас семь лодок. Они собирают нефть в полубочки и доставляют их на берег».

Жители Колвы на встрече с директором компании «Лукойл-Коми»:

— В 2020 году сказали, что проведут отопление, уже 2021 год — а отопления все нет! — кричат с мест.

— Было бы хорошо перевести котельную с нефти на газ. Этим надо вдолгую заниматься, — отвечает директор «Лукойл-Коми».

— Да вы что, охренели? У нас нефть идет, а они про тепло и воду! Какая вода? Сначала думайте, как нефть убрать! 1994 год забыли? — возмущается один из рыбаков. — У вас охрана на каждом объекте. Постоянно тормозят: «Куда едете?» Я по работе еду. Я электрик. Просят специальный пропуск. А почему не пускают? А потому что я могу все сфотографировать.

— Нас за людей не считают!

Член «Комитета спасения Печоры», депутат Госсовета Коми Екатерина Дьячкова тут же рассказывает, что несколько раз ездила в рейд с сотрудниками «Лукойл-Коми», но всякий раз служба безопасности компании требовала у них не снимать — ни на телефон, ни на фотоаппарат.

— А можно сделать так, чтобы нефть вообще не текла? — в этот момент люди в зале стали аплодировать. — Каждый год одно и то же.

— Ну не каждый… — пытается отбиваться директор «Лукойл-Коми».

— И не говорите, что они [берега] залиты нефтью, — вступает в разговор мэр Усинска, обращаясь к жителям.

— Садитесь ко мне в лодку. Я покажу, — отвечает ему местный житель Иван Игнатьев.
* * *
Елена Соскова живет в новом районе Колвы. Рассказывает, что газ обещали провести в поселок в 2013 году — после последнего крупного нефтеразлива; потом в 2016-м — перед выборами главы Коми. Теперь газ пообещал новый руководитель региона.

Свою борьбу с чиновниками Елена Соскова начала со спора об уличном освещении. Многостраничная переписка, жалобы, три года ожидания — и наконец-то «там вкрутили три лампочки». Мусорные баки поставили еще через полтора года.